ИСТОРИЯ ПРИХОДЫ БИБЛИОТЕКА ФОТОАЛЬБОМ ССЫЛКИ НОВОСТИ


 

ИНТЕРВЬЮ с Настоятелем Спасо-Преображенской общины монахов св. Василия Великого в поселке Саргатском аввой ИГУМЕНОМ ФИЛИППОМ (МАЙЗЕРОВЫМ): «Для меня идеалом монашества является Киево-Печерская Лавра в период своего становления»

 Ваше Высокопреподобие! Расскажите, пожалуйста, о своем пути к вере, к служению Богу, о том, как случилось, что Вы стали монахом и священником?

Игумен Филипп (Майзеров): Промыслительно. В своё время я мечтал стать реаниматором-анестезиологом, во время школьных каникул в свободное время проходил практику при Мурманской бассейновой больнице в отделении ИТАР (интенсивная терапия, анестезиология и реанимация). С 15 лет на моих руках умирали люди. Я часто задумывался над вопросом: "А что есть после смерти?" В связи с тем, что родился я в "нормальной советской семье", естественно, в детстве не был ни крещён, ни, тем более, воцерковлён. Крестился в 14 лет, в г. Белая Церковь, недалеко от Киева. Креститься пошёл из интереса: "Что там "попы" делают?" Однако когда меня коснулась вода Крещения, я стал верующим человеком.

С девятого класса я стал тайно посещать церковь в г. Мурманске. Окончив школу, поступил в медицинское училище и продолжал посещать богослужения в церкви. За полгода до конца учёбы меня увидели в храме на Пасху. Последовало исключение из комсомола и медицинского училища. Ещё до этого момента я чувствовал в сердце призвание стать священником. Меня вдохновлял жизненный путь архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого), совмещавшего служение Богу со служением людям. После исключения из комсомола по статье устава ВЛКСМ (для тех, кто уже не помнит: "Комсомолец обязан быть атеистом"), я великолепно понимал, что поступление в институт теперь для меня недоступно.

Тогда, с благословения епископа Исидора, я поехал в Псково-Печерский монастырь, где проходил послушания на хозяйственном дворе, кухне, просфорне. В это время мне посчастливилось общаться с игуменом Адрианом, впоследствии моим духовником, архимандритом Зиноном, иконописцем, и многими другими. После смерти митрополита Иоанна меня взял к себе иподиаконом вновь назначенный на Псковскую кафедру архиепископ Владимир, нынешний митрополит Санкт-Петербургский. У меня была великолепная возможность познакомиться с архиерейскими чинопоследованиями.

В то время моим духовным воспитанием занимался диакон Сергий Киперман, к которому часто приезжали иеромонах Рафаил (Огородников) и иеромонах Роман, кассеты с песнями которого можно часто слышать в церковной среде. Вместе с ними я ездил на остров Залит к старцу Николаю. Старец часто говорил: "На католиков плохо не говорите, у них целибат в почёте, это Матери Божией нравится". Старец благословил меня принять постриг. Когда я обратился с просьбой о постриге в рясофор к архиерею, тот мне отказал, сказав, что хочет, чтобы я женился. Тогда я принял приватные обеты в присутствии приходского священника. Немного позднее Господь послал архимандрита из РПЦЗ, который постриг меня келейно в рясофор с именем Анастасий (с греческого - воскрешённый). Естественно, архиерею это не могло понравиться. Он настаивал на том, чтобы я женился, и мне пришлось переехать в другую епархию, где епископ постриг меня в малую схиму с именем Филипп – в честь свт. Филиппа, Митрополита Московского, и рукоположил в пресвитеры. Далее я продолжал своё служение как приходской священник, но всегда, в меру сил и возможностей, старался жить по монастырскому уставу.

– Как случилось, что Вы – россиянин, всю жизнь проживший на русской земле, стали католическим священником? Что привело Вас к этому шагу?

– Действительно, это может показаться странным. По отцовской линии я – помор, старообрядец, мои предки соловецких монахов на острова перевозили. По материнской линии - "скобарь" (прабабушка до революции жила под Псковом). Прабабушку тоже помню, звали Мелания, и тоже старого обряда, крестилась двумя перстами. Приняв благодать священства, я больше времени стал посвящать чтению святоотеческих книг. У меня никогда не было неприязненного отношения к католичеству. После чтения творений Василия Великого, Иоанна Златоустого, Феодора Студита, Кирилла Александрийского, Ефрема Сирина и Иоанна Дамаскина мне стало ясно, что Господь положил в основание Своей Церкви камень – апостола Петра. Я пришёл к выводу, что невозможно быть во Вселенской Церкви и, одновременно, не быть в евхаристическом общении с Преемником Петра. Проблем с "филиокве" у меня не было, т.к. свт. Василий Великий в своём "Опровержении на защитительную речь злочестивого Евномия" в книге 5-й, отвечает на этот вопрос.

– Каким был Ваш путь в Католическую Церковь?

– Трудным. Русскому в России трудно быть католиком, да ещё и византийского обряда. Здесь сказывается многовековая предубеждённость и советские клише. Мне непонятен сам лозунг: "Если ты русский – значит ты православный". При этом идёт подмена понятий – католичеству противопоставляется православие, но это – нонсенс, ведь не возможно быть в КаФолической (Вселенской, Соборной) Церкви и славить Бога не правильно. Церковь КаФолическая, а вера – православная. У меня было три попытки воссоединения с преемником апостола Петра. Первый раз в 1992 году в Вильнюсе мне было отказано, потому что я… русский. После схизмы, длившейся несколько месяцев, Московского патриархата со своей Матерью – Константинополем в 1995 году, я пытался во второй раз воссоединиться. Архиепископ в Москве мне отказал, в связи с тем, что он… боится реакции Московского патриархата, и послал к нунцию, который посоветовал мне найти епископа в демократической стране. Третья попытка в декабре 1999 года завершилась воссоединением. Я был принят в евхаристическое общение со Вселенской Церковью митрополитом Перемышльско-Варшавским Иоанном Мартыняком.

– Недавно в прессе появлялись высказывания одного из "экспертов" по религиозным вопросам о том, что русские греко-католики – это всецело "плод прозелитизма Ватикана". Как Вы можете это прокомментировать?

– "Прозелитизм" Ватикана – это, наверное, злая шутка. Католические епископы крайне неохотно поддерживают разговор о воссоединении конкретного священника. По своим связям проверяют сведения, поданные этим священником о себе, и только после тщательной проверки совершают Таинство покаяния и принимают присягу на верность преемнику Петра.

Думаю, что недавний переход в Московский патриархат византо-католика, гражданина Франции иеромонаха Василия, также при такой интерпретации можно назвать актом "прозелитизма". А если заглянуть в журналы заседания Священного Синода РПЦ МП, состоявшегося 16 июля 2005 года, то увидим, что одного иеромонаха командируют в Японию "для оказания содействия в организации монашеской общины", созданы новые приходы в Брюссельско-Бельгийской, Гаагско-Нидерландской и Венско-Австрийской епархиях. Относительно этих действий я нигде не читал, что они – плод "прозелитизма" Московского патриархата или "нарушение канонических территорий". И вообще, трудно представить себе ситуацию, в которой кардинал Каспер ставил бы ультиматум: "Вы уберите свои приходы из этих епархий, потому что это наша "каноническая территория" и, одновременно, упраздните Русский Западно-Европейский Патриарший Экзархат, а мы воспрепятствуем переезду Патриарха Любомира Гузара в Киев". Подобный торг недопустим среди христиан.

– В прошлом году много было разговоров о Соборе в Саргатском, о возрождении Экзархата. Как участник событий, не расскажете ли Вы о том, что там происходило?

– Собрались священники, которые решились ответить на вопрос верных: кто же управляет вакантным Экзархатом. То, что Экзархат существует вакантным и не упразднен, знали все заинтересованные, это можно было проверить в Папском Ежегоднике, в котором написано, что Экзархат вакантен, духовенства и монашествующих – ноль, верных – ноль. Мы вместе с иеромонахом Алипием (Медведевым) МСВВ и одним нашим верным ходили несколько раз в Конгрегацию Восточных Церквей с прошением изменить данные о численности духовенства и верных. В связи с тем, что изменения не были внесены, в пгт Саргатское собрались священники, чтобы обсудить создавшуюся ситуацию.

Посмотрев Кодекс Канонов Восточных Церквей, который является обязательным с праздника Покрова Пресвятой Богородицы 1991 года, убедились, что временно исполнять функции управляющего Экзархатом должен иерей Сергий Голованов, который в то время был единственным настоятелем официально зарегистрированного католического прихода "синодального" обряда, и кроме этого, был деканом (благочинным) Омского региона. Согласно ККВЦ декан (благочинный) называется протопресвитером. Вполне естественно, что после долгого рассмотрения все собравшиеся единодушно и в доброй вере приняли указание канонического права, и незамедлительно уведомили об этом церковные власти. Собственно Собор в Саргатском впервые показал, что византо-католики в РФ - это не виртуальная реальность. Прямым следствием этого Собора было назначение Ватиканом епископа Иосифа Верта ординарием для российских византо-католиков.

– Обратимся от прошлого к настоящему. Вы пишете о себе в письмах, как об общине Монахов Святого Василия Великого (МСВВ). Вы могли бы рассказать о том, что это за община, какие цели она ставит перед собой – и вообще о Вашем видении монашеской жизни и ее будущего в России, и в Российской Католической Церкви византийского обряда?

– Спасо-Преображенской общине Монахов Святого Василия Великого всего два года. Монастыри Студийского устава и чин Святого Василия Великого Святого Иосафата, существующие в настоящее время в Украинской Греко-Католической Церкви, олицетворяют собой галицкую традицию. Несмотря на общие корни монашества Киевской Руси, духовность, молитвенная жизнь, сам подход к монастырскому общежитию МСВВ значительно отличается от традиций, присущих русскому монашеству. Вследствие этого создание традиционной русской монашеской общины, по духу близкой и понятной людям, проживающим на территории России, было крайне необходимо. Мы не являемся копией монастырей Московского патриархата и не собираемся "маскироваться" под их монашествующих. Цель, которую мы ставим перед собой, видна из девиза общины: "Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу!" (Пс. 113, 9), а также в сокращённом варианте: "Во славу Божию!" Под этим мы понимаем служение Богу через служение людям.

В России сегодня, на мой взгляд, несколько однобокое развитие монастырей – они больше напоминают колхозы имени "Успения" и совхозы имени "Вознесения". Несомненно, и созерцательные монастыри, занимающиеся сельским хозяйством, необходимы, но ведь не все же! Для меня идеалом монашества является Киево-Печерская Лавра в период своего становления. Монахи занимались интеллектуальным трудом, переписывали книги, преподавали. Относительно католических монастырей византийского обряда в России, думаю, что их должно быть как можно больше, и они должны быть разными. Монастыри св. Нила Сорского будут отличаться от монастырей Василиан, последние от Студитов и скитов ревнителей древлего благочестия. Здесь не может и не должно быть никакой унификации, ведь все люди очень разные. У одного есть призвание преподавать в институте и заниматься научной деятельностью, у другого - созерцать в тишине Бога и делиться радостью с другими от общения с Ним.

Наша община ставит своей задачей соединение молитвы, работы и интеллектуальной деятельности. В Уставе Монахов Святого Василия Великого указано, что к нам могут поступить кандидаты, достигшие 21 года и до 45 лет. Наличие высшего образования, знание иностранных языков и навык работы с компьютером поощряется. Со временем мы займёмся организацией женских общин Василианок, которые будут заниматься престарелыми, брошенными детьми и т.п. Одновременно планируем создавать при монастырях братства "Друзей Святителя Василия", которые смогут внести василианскую духовность в свою семейную жизнь. Думаю, что они могли бы одновременно создавать семейные детские дома, которые крайне необходимы в наше время.

– А почему основой для Вашей общины стал именно Устав св. Василия Великого?

– Это благодаря тому, что некоторое время мы проходили духовную формацию в Чине Святого Василия Великого (ЧСВВ) в Польше среди украинской диаспоры. Иеромонах Пётр Кушка ЧСВВ показал нам видение монастырского общежития, как его видел Отец Церкви. Нам понравился основной принцип "золотой середины". У Святителя Василия нет "перегибов", он предлагает умеренность во всём. Нет богатства, как, например, в монастырях Иосифа Волоцкого, но нет и крайней нищеты, как, например, у св. Нила Сорского. В основе нашего Устава положен в первую очередь Новый Завет и Устав святителя Василия Великого.

– Лично для Вас – что значит "быть монахом"?

– На это отвечает Святитель Василий: "Монах – это совершенный христианин". Быть монахом, это значит – стремиться к евангельскому совершенству. Быть монахом – значит пройти через этапы: 1. Стать человеком; 2. Стать христианином; 3. Стать совершенным христианином. Быть монахом – значит не быть фанатиком в стиле о. Ферапонта из "Братьев Карамазовых".

– Какой статус сейчас имеет ваша община? Как она существует, кто ее финансово поддерживает? Много ли в ней братии, есть ли желающие в нее вступить? Чем занимается братия, помимо общей для всех монашествующих жизни?

– Мы четыре раза подавали Устав на рассмотрение в Конгрегацию Восточных Церквей в Риме. На данное время мы пока не получили рецензии. Кроме этого мы в частном порядке просили просмотреть Устав и высказать своё мнение о нём декана факультета канонического права папского Восточного института д-ра Кирилла Василя SJ. Через два месяца, в течение которых досточтимый отец проверял наш Устав, мы встретились, и он нам сказал, что Устав написан очень хорошо. Мне было предложено защищать по составленному Уставу докторат.

Мы существуем на частные пожертвования. Постоянной финансовой поддержки у нас нет. Для того, чтобы хватало средств на монастырские нужды, мы в частном порядке делаем переводы с итальянского, английского, польского, украинского языков. За эту работу мы получаем пожертвования.

В данное время наша община состоит из трёх человек: игумен, иеромонах и послушник, проходящий искус. Желающие вступить есть, но нас сдерживают не выясненные до конца взаимоотношения с назначенным Ватиканом ординарием. Думаю, когда наше положение стабилизируется, желающих будет больше. Кроме того, о нашей общине и возможности пройти испытание знают немногие, у нас пока нет своего сайта в Интернете.

Помимо молитвы и работы, что присуще всем монашествующим, наша община занимается изучением и анализом развития литургических чинопоследований. Иеромонах Алипий пишет иконы. У него свой стиль, что-то среднее между школой Новгорода и Владимиро-Суздальской школой. Его иконы находятся в частных коллекциях России, Польши, Италии. Несколько месяцев назад он выиграл конкурс между непрофессиональными иконописцами в Германии и получил предложения написать цикл икон в Лейпциге. Мы были вынуждены отказаться в связи с тем, что на это время нужно было покинуть Россию, но наша община на это пойти не может. Сейчас о. Алипий в перерывах между иконописными трудами занимается составлением "Краткого толкового словаря литургических терминов византийской традиции". Послушник Максим Братухин в перерывах между постижением азов монашеского общежития, а также переводов с английского и итальянского, наладил компьютерную сеть. Вообще все проблемы с компьютерами в нашей общине решаются послушником Максимом.

– Ваша община живет сейчас в поселке Саргатское. Почему? Как к вам относятся местные жители? Выходит ли ваше служение каким-то образом за "рамки" вашей общины?

– В Саргатское мы приехали по приглашению настоятеля прихода иерея Сергия Голованова и с благословения митрополита Иоанна Мартыняка. Ординарий с самого начала был поставлен настоятелем в известность о нашем пребывании на приходе. Нам сообщили, что 30 июля сего года преосвященный Иосиф Верт приедет сослужить на приход византийского обряда. Наша монашеская община с нетерпением ждёт приезда ординария, назначенного покойным Понтификом для решения всех невыясненных вопросов.

Местные жители относятся к нам благожелательно. Когда мы по необходимости выходим в посёлок, многие жители с нами здороваются. С помощью местных плотников мы монтируем новый иконостас в приходском храме. Иконостас сделан по нашему проекту и с использованием литографий с икон о. Алипия, так что внутренний вид храма будет выдержан в едином стиле. Относительно выхода за "рамки"… Нет, не выходит. Скорее многое входит в эти "рамки". Естественно, мы совершаем богослужения только для нашей общины, но если к нам приходят паломники, которые хотят получить духовное утешение, то мы никому не отказываем. Это в стиле русских монастырей. Русские монахи не бегают по домам и не проводят шумных акций. Людей к нам привлекает монастырский богослужебный круг, слова духовной поддержки и утешения. Так что всё в "рамках".

– Как строится обычный день монаха чина св. Василия Великого?

– В простые дни подъём в 05:30, в 06:00 утреня, 1-й час и литургия. После литургии, около 07:45 - завтрак. После завтрака чинопоследование 3-го часа, монастырские послушания или занятия. В 12:50 совершаем 6-й час, после чего сразу обед. После обеда небольшой отдых и послушания. В 17:00 совершаем 9-й час, и можно попить чай. В 18:00 вечерня, вечеря (ужин) и повечерие. После этого рекреация – личное время. Можно посмотреть новости или фильм, ответить на письма электронной почты, пообщаться. В 22:30 все спускаются в храм, где созерцая Евхаристического Христа, водворяют покой в свои сердца и читают молитву Господню. После этого – тишина до завтрака.

– Есть ли у монахов св. Василия Великого личные интересы, помимо богослужения и молитвы?

– Есть, как и у любого нормального христианина. Чтение книг, фотография, проектирование иконостасов и облачений, выезд на природу на велосипеде, и многое другое.

– Вы и иеромонах Алипий (Медведев) известны, в том числе, и как авторы одного из переводов восточных богослужебных текстов на современный русский язык. Что подвигло Вас на этот труд?

– Подвигло нас то же самое, что и наших собратьев латинского обряда при переводах с латыни на живые языки. Никто не спорит, что люди воцерковлённые понимают около 70 процентов из того, что поётся и читается на богослужении. Люди, особенно молодые, приходящие в храм, ничего не понимают на богослужении. Это напоминает момент из кинофильма "Иван Васильевич меняет профессию", где режиссёр разговаривает с Иваном Грозным на птичьем языке: "вельми", "понеже", "паки и паки, иже херувимы"… Если серьёзно, у меня есть несколько знакомых, которые, будучи верными чадами Московского патриархата, ушли в различные протестантские деноминации из-за того, что не понимали богослужения. Именно такие неединичные случаи побудили нас к переводу богослужения на русский язык.

Нам часто приходится слышать возражения, что церковно-славянский язык – это язык сакральный. Здесь стоит вспомнить о "трёхъязычной ереси" и святых братьях Кирилле и Мефодии. Они также занимались тем, что делали богослужение доступным людям. Второе, часто встречающееся возражение: "Красоту церковно-славянского языка невозможно передать современным русским языком". Несомненно, что при любом переводе теряется тонкий смысл каждого слова, который присущ каждому языку. С другой стороны, византийские богослужения уже переведены на украинский, белорусский, польский, английский, итальянский и многие другие языки. Вопрос напрашивается сам собой: неужели русский язык, язык Бунина и Достоевского, настолько беден, что не может передать тонкости богослужения? Богословские и философские термины Булгакова, Флоренского и Лосского не смогут передать точный смысл понятий? Думаю, что отрицательный ответ сможет дать только человек, не знающий или не понимающий русскую культуру.

– Как Вы относитесь к восточной литургической традиции? Считаете ли Вы неактуальным, на настоящий момент времени, совершение богослужений на церковнославянском языке?

– Положительно. Шучу. Немного некорректно поставлен вопрос. Какой восточной? Халкидонской, коптской, александрийской? Если мы говорим о византийской традиции, то здесь наша монашеская община придерживается мнения священноисповедника протопресвитера Леонтия (Леонида) Фёдорова, первого Экзарха Российской Католической Церкви Византийского обряда, а именно: "Мы можем эллинизировать обряд, но никак не латинизировать его. Потому-то мы так строго отмежевываемся от всего галицийского в области обряда, где нет восточного творчества, а только грубая имитация латинства". Это было написано в письме к о. Александру Евреинову в 1920 году и остаётся актуальным до сего дня.Впрочем, актуальны до сих пор и постановления Собора Российской Греко-Кафолической Церкви (я не оговорился – РПЦ МП появилась лишь при Сталине), под председательством св. Тихона, Патриарха Московского и всея России, принятые на втором заседании отдела о богослужении, проповедничестве и храме, которое состоялось 5 сентября 1917 г.

К Византийской литургической традиции наша монашеская община относится с благоговением и любовью. Все "изменения", принятые в нашей общине, в обряде, на самом деле являются возвращением к истокам. Мы ничего не предпринимаем без совета ведущих византийских литургистов, в частности г-на Стефано Паренти, преподавателя литургики папского университета св. Ансельма, в котором мы с о. Алипием имели честь учиться. Доктор Паренти по приглашению оо. Василиан из аббатства Гроттаферрата проводит "очистку" чинопоследований от вековых наслоений народных суеверий и эпохи барокко. Мы имели честь работать совместно с г-ном Паренти над реконструкцией и переводом литургии свт. Иоанна Златоуста с греческого на русский язык в библиотеке монастыря Гроттаферрата с древних литургических списков. Вопрос об актуальности или неактуальности церковно-славянского языка должна решать литургическая комиссия, созданная ординарием. Частное мнение нашей общины следующее: должны быть богослужения и на церковно-славянском языке и на современном русском – люди имеют право выбирать, на какое богослужение они хотят ходить. Не должно быть никакого "декрета" сверху. Возможно, в России через некоторое время возникнет ситуация, которая имеет место быть на Западе – там на приходах служат на национальных языках, а в монастырях сохраняют латынь, а в некоторых и Тридентский обряд.

– В январе этого года Святой Престол назначил епископа Иосифа Верта ординарием для греко-католиков в России. Как Вы относитесь к этому шагу? Признаете ли Вы над собой власть епископа Иосифа Верта? Как Вы отнеслись к назначению латинского епископа для заботы о русских католиках-византийцах?

– Мы рады, что Апостольская Столица подтвердила принцип многообразия обряда в единстве веры. Церковь поставила в пример святого Леонтия (Леонида) Фёдорова и священномученика Климента (Шептицкого). Вполне естественно, что наша монашеская община признаёт все постановления Святого Престола, в том числе, с радостью было воспринято назначение епископа Иосифа Верта как ординария над католиками Византийского обряда в России.

Несомненно, мы признаём всю полноту канонической власти ординария, как епархиального архиерея, в соответствии с нормами Кодекса Канонов Восточных Церквей (ККВК). Очень часто после долгого отсутствия ординария своего обряда Святой Престол назначал епископа иного обряда. Например, в Польше некоторое время украинские греко-католики были подчинены кардиналу Стефану Вышинскому. Теперь в Польше есть митрополит и епископ своего обряда. Мы считаем, что через некоторое время ординарий Иосиф Верт сможет "более надлежащим образом упорядочить пастырскую заботу о католиках византийского обряда в России", как сказано в Декрете № 118/2004, подписанном кардиналом Игнатием Мусса Даудом, почётным Патриархом Антиохийским, Префектом Конгрегации Восточных Церквей.

– Недавно в прессе были опубликованы интервью представителя Святого Престола архиепископа Меннини и епископа Иосифа Верта. Собор в Саргатском там был оценен очень критически. Читали ли Вы их и как Вы их восприняли? Некоторые журналисты высказывались в том ключе, что эти высказывания – предательство интересов греко-католиков в России. А что думаете Вы?

– Естественно, наша монашеская община следит за всеми новостями церковной жизни. Мы воспринимаем все высказывания церковной власти с монашеским смирением и послушанием во благо Церкви Христовой. Думаю, что если в жизни Церкви будет меньше политики и больше Христа, это будет во благо всем. На вопрос "было ли это предательство?" наша монашеская община комментариев не имеет. Что думаю лично я… Верю и уповаю на Господа, что все недоразумения будут побеждены любовью Христовой.

– Каким Вы видите будущее российских греко-католиков? Каковы, на Ваш взгляд, перспективы Российской Католической Церкви? Что Вы думаете по поводу весьма распространенного мнения о том, что быть русским – значит быть православным?

– Будущее и перспективы российских католиков Византийского обряда зависят во многом от нас самих. Меньше политики и больше Христа. Пусть люди в нас увидят христиан – это самое главное. Стоит напомнить людям, выступающим против нашего возрождения, слова Гамалиила: "И ныне, говорю вам, отстаньте от людей сих и оставьте их; ибо если это предприятие и это дело – от человеков, то оно разрушится; а если от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками".

Относительно лозунга "русский – православный" могу сказать, что нечто подобное мне доводилось читать на стенах домов в Варшаве: "Польша – для поляков". Стоит помнить всем, что Христос пришёл, чтобы спасти всех.

– Каким Вы представляете будущее России? Может ли, на Ваш взгляд, преодоление Великой Схизмы изменить ее судьбу как государства?

– Будущее России не будет безоблачным – это слишком большая и неординарная страна. Преодоление Великой Схизмы, в первую очередь, поможет не государству, а Церкви Христовой, Единой, Соборной и Апостольской. Пока мы разделены, нехристиане будут продолжать называть нас "учением, разделённым на многие секты". Не уверен, что мы с Вами доживём до времени, когда обо всех христианах, вне зависимости от обряда и нации, будут говорить: "Это христиане, ученики Христа". Но молиться и делать всё возможное для этого, здесь и сейчас, наша монашеская община будет.

– Что значит, на Ваш взгляд, быть христианином в современном мире? Отличается ли чем-то кардинально путь христианина ХХI века от путей его духовных предшественников?

– Быть христианином в современном мире, это значит то же самое, что быть христианином времён Апостолов. Ведь Христос сегодня и вчера, и завтра Тот же. Жить по Евангелию, исповедовать Христа не номинально, не по национальному признаку, вот это и значит быть христианином. Не делить на своих и чужих. Благословлять гонителей, утверждать колеблющихся, помогать нуждающимся. Жить во Христе и со Христом. Помните, в молитве св. праведного о. Иоанна Кронштадтского: "Господи, Сам живи во мне. Сам говори во мне. Сам действуй во мне". Эту молитву я произношу всякий раз во время причастия Святых Христовых Тайн. Мы должны хотеть жить во Христе, сознательно этого желать и всю жизнь нашу направлять к этому. Путь христианина первых веков ничем не отличается от пути христианина нашего времени, а иначе чем нам могут помочь Отцы Церкви? Ведь они такие "несовременные"! Требования к ученикам Христа всегда неизменны – они содержаться в Новом Завете.

– Готовы ли Вы согласиться с известным изречением Ф.М. Достоевского, что "в России Евангелие еще не проповедано"?

– Вопрос задан почти по моей теме на степень бакалавра в папском университете св. Ансельма в Риме. Я защищал работу по теме "Критика отрицания Бога в произведениях Достоевского"… Фёдор Михайлович антропоцентричен, он помогает нам увидеть драму человека, пытающегося стать богом без Бога. Мне кажется, что эта проблема – ключевая для России. В России всё "не как у людей": коммунизм не такой, как в Европе, экономика не такая, христианство не такое. Мы постоянно пытаемся быть не такими, как все. В принципе это нормально, но жить с этим трудно. Нас часто губит имперское сознание. И демократию губит, и экономику. И вот тут вступает на "сцену" диалектический материализм… И бытие начинает определять сознание. С другой стороны, прав Федор Михайлович, ведь действительно не проповедано. Сколько людей, называющих себя верными РПЦ МП, не знают, во что они веруют, т. е. элементарно, если и прочитают на память Символ Веры, то не могут его объяснить? И всё христианство сводится к свечкоставлению и выяснению, какой из святых при какой болезни помогает. Стоит посмотреть репортажи СМИ: "Сретенье – зима с летом встречаются", "Покров – земля снегом покрывается". Это мало чем отличается от магических культов примитивных народов, с одним отличием – это всё "одето" в одежды христианства… Посмотрите все ещё раз фильм Андрея Тарковского "Андрей Рублёв" ("Страсти по Андрею") – там великолепно показана "Святая Русь". Брат предаёт брата и горячее олово льётся в глотку. Спаси Господь от такого "христианства"!

      Беседовала Наталья Геда,
      для "Портала–Credo.Ru"

вернуться  на главную